September 15th, 2010

ne brityi

Переписка с Пилар Бонет, El Pais

Главному редактору радиостанции «Русская служба новостей»
Доренко С.Л.

ОПРОВЕРЖЕНИЕ

До Испании, где я сейчас нахожусь в отпуске, дошел комментарий Сергея Доренко о фильме «Дело в кепке», который был сделан им 10 сентября 2010 года в эфире радиостанции «Русская служба новостей». В комментарии Доренко допустил ложные утверждения обо мне в связи с экспортом меди и других металлов, который был в начале 90-х годов разрешен указом тогдашнего президента России Б.Н.Ельциным для строительства памятника в Испании. Я никогда не была в Мурманске для того, чтобы расследовать эту тему и никогда мне не угрожали в связи с этим. Поэтому требую опровержения и прошу не использовать ни моего имени, ни имени моей газеты для внутрироссийских политических игр, с которыми я не имею ничего общего.
Ибица, 14 сентября 2010 г.
Шеф-корреспондент
«Эль Паис» в Москве Пилар Бонет


ОПРОВЕРЖЕНИЕ
Дорогая Пилар, мне очень жаль, что я сказал о нашем с Вами разговоре по поводу строительства пямятника Церители в Марбелье.
Ваша газета посвящала этому много внимания в октябре-ноябре 1996 года. А именно, газета "El Pais" уделяла значительное место в своих публикациях расследованию членов Хунты Андалусии от социалистической партии, которые изучали деятельность мэра Марбельи Хиля и, в частности, его, Хиля, связям с Гусинским-Лужковым-Церители.
Вы легко можете посмотреть эти публикации в архиве Вашего издания.
Тогда же мы встречались с Вами, Вы говорили со мной об этом деле, в частности о том, что Вы вели расследование по поводу вывоза металла для изготовления монумента в Марбелье. Дело в том, что металл для изготовление статуи, по утверждениям членов Хунты Андалусии НИКОГДА не был ввезён в Испанию. В то же время металл был вывезен из России в количествах, превышавших необходимые в разы чуть ли не специальным решением правительства России, - насколько Вы меня информировали. Это одна из загадок. Металл вывозился, но ушёл в другом направлении?
Вы говорили о телефонных угрозах в связи с вашим интересом к этой теме.
Мы никогда не договаривались, что я могу предать это Ваше сообщение гласности.
Я предал его гласности через 14 лет после разговора.
Я поступил некорректно. Простите. Я не прав.
Возможно, Вы считаете, что угрозы Вам до сих пор не потеряли актуальности. Таким образом, я подвёл Вас.
Я не хотел.
Если Вам угодно, я опровергну всё сказанное мною о том разговоре и заявлю публично, что я это придумал злокозненно в собственных грязных внутрироссийских целях, пытаясь и Вас, о, Безукоризненнейшая, и, о, Брезгливейшая, вовлечь во внутрироссийскую грязь.
Сергей Доренко